September 4th, 2008

спокоен

ДЕНЬ ПОМОЙКИ

Половина интерьера мой квартиры натаскано с помоек. Не подумайте дурно, местные помойки ничего общего с их российскими однофамильцами не имеют. Мало того, что весь выбрасываемый муср делится по типу отходов еще в квартире, хозяевами, так и по всему городу стоят, как минимум, на три части разделеные мусорные контейнеры, для бумаги, банок и склянок и того, что уже не переработать – отходов пищепрома. Весь город носится с идеей ресайклин, т.е. переработки мусора. Мы зеленые, слышно отовсюду и общая истерика захватывает не самые окрепшие разумы. Порой это смешно, часто грустно-смешно. На любом общественном мероприятии обязательно должны стоять контейнеры для разных типов отходов, а также специально обученные добровольцы, которые не сознательнным гражданам будут объяснять, что и как надо выбрасывать, чтобы оставаться зеленым.
Это конечно же полезно, навреное, использать использованные газеты, чтобы печатать новые или перерабатывать бутылки и делать из них сумеки для покупок. У меня таких сумки, аж три и я как бы должен не брать в магазине пакеты, а приходить с сумкой. А смешно, потому, что количество печатной продукции вертящейся в нашей канадской жизни - за гранью реального. Начиная от почтовых рассылок, рекламы, каталогов и прочей бесполезной директ майл до ... и все на очень дорогой плотной бумаге, с красками. В старбаксе на собеседовании они гордо рассказывали, что уходя на перерыв сотрудники берут только керамические кружки, экономя бумажные стаканы – мы стараемся быть очень зелеными, при этом они используют картонные карточки с красивой полиграфией в немеренном количестве, чтобы сотрудники могли писать друг другу отзывы и комплименты, как бы оставляя приятные слова не в воздухе а на бумаге. Мало ли в шестьдесят лет будет скучно просто сидеть на мебеле изгтовленной из консервных банок и захочется почитать карточки из старбакса.
Я все это о помойках, если вы запамятовали. Моя же цель рассказать о помойках, которые живут несколько дней, рождаясь первого числа каждого месяца, то есть в день Торонтовского переезда. Здесь принято перезжать только по первым числам. Почти все квартиры сдаются с первого числа и как правило этот день по городу тащатся с пожитками студенты, молодежь с чемданами, юноши на машинках с икеевскими шторками и постерами и семьи на грузовиках с матрасами, микроволнвками и телевизорами. А многие выезжающие или переезжающие в новые лучшие жизни оставляют мебель, лампы, цветы и все, что по их мнению не вписывается в их новый лучший быт на моих любимых помойках. По всему городу рядом с доамами аренды набираются кучи осталвенных своими хозяевами вещей – зачастую новых, правда новых или использованных но еще очень и очень годных. Так к примеру, я обзавелся двумя шикарными деревянными полками, напольной чугунной лапой, новой настольной лампой, стальными ящиками, где теперь живут мои цветы, ведрами для мусора и старинным подносом. За даром. И это не то, чтобы я специально ездил и выискавал, неа, все прямо по дороге домой или в магазин – глядь стоит красивый шкафчик, былый, целый, немного пыльный, жаль не мой цвет, а тобы уже тащил бы его домой.

Почти каждые выходные то там то здесь проходят гаражные распродажи, у нас это можно было бы назвать – дачные, балконные или антрисольные распродажи.Люди продают порой очень хорошие, но им не нужные вещи за бесценок. Все что можно себе представить и что даже нельзя. Один дед каждые выходные на гей улице продает то ли свою, толи еще чью садомазо одежду. Кожаные шорты, желетки, штаны и наручнки плюс обычные книжки, пластинки, вазочки и всякую хрень. На одной такой распродаже я купил подстаканники с изображением голливудских звезд и бокалы для сока – все вместе за доллар.

В городе много комисиионых магазинов, куда можно снести не нужные тебе вещи или откуда принести нужное тебе барахло. Одежда, посуда, мебель, книги – валом товара за недорого. Одеваьтся бы я конечн там не стал, но итальяниский графин красного стекла за два доллара меня пленил.

Это не противно, лазить по помойкам, это такой спорт, нарыть чтонить прикольное. После найденной новой лампы, которую я тут же притащил домой, мне вздумалось вернуться ище поглядеть, но не тут то было, пронырливый китайский дедушка уже рылся в моей помойке и конкурировать в этом, я уже не мог.